smiroslav (smiroslav) wrote,
smiroslav
smiroslav

Categories:

Кто он, журналист Андрюхин?

О двух тенденциозных и, похоже, заказных, критических статьях по адресу книги "Политические репрессии в Нижегородской области 1918-1953 гг." я уже писал. Поэтому здесь ограничуть краткой репликой на очередные голословные и лишенные логики выпады г-на Андрюхина,  зациклившегося на очернии авторов нашей книги.

Его монолог , который сделал бы  честь небезызвестному гоголевскому персонажу Хлестакову, вновь оказался неоригинальным - те же пошлые оскорбления вместо спокойных доводов и честных выводов. С аргументами у автора швах, и поэтому большую часть его текста занимают личные наскоки. Жалкая статейка, более похожая на площадную брань выходца из блатного мира, пестрит бранными выражениями типа "доморощенный антисоветчик", "провокатор", "псевдоисторик", "известный журналист в узких до неприличия кругах", "гнилое нутро". Вообще, прикасаться к грязным писаниям - дело малоприятное, но и оставлять подобное без ответа, думаю, неправильно.

Начну по порядку. Объяснить внятно, в чем же состоит мое "провокаторсто", у автора пасквилей не вышло. Поэтому Андрюхин пускается во все тяжкие по части откровенных инсинуаций и грубого вранья. Так, выдавая желаемое за действительное, он громко свистит, что его оппонента будто бы "попросили, и весьма настоятельно, уйти из "Нижегородской правды". Откуда вестишки, непонятно, видно, сам выдумал за неимением фактов. Для тех, кто не в курсе, поясню, что решение уйти из редакции, как говорится, на заслуженный отдых (к тому времени мне минуло 64) вызрело у меня постепенно, и никто к нему, конечно же, не подталкивал.

У руководства при подаче заявления были предложения трудиться в газете уж если не в штате, то хотя бы на иной, договорной основе, например, продолжить выпуск тематической и ставшей популярной страницы "Отчина" (все это легко проверить). Но у вашего покорного слуги, отдавшего "Нижегородской правде" два десятка лет, были другие планы, как раз и побудившие меня оставить журналисткий "конвейер", а именно: позаниматься "для души", сосредоточившись на краеведческой работе, сотрудничестве в журналах, издании книг. И, поблагодарив, я от предложения отказался, а 9 сентября 2014 г. состоялся скромный корпоратив для прощания с родной газетой, на котором главный редактор вместе с добрыми напутствиями вручила мне прекрасный ноутбук.

Далее. Чтобы судить о том, кто историк, а кто нет, нужно самому быть по меньшей мере историком. Однако про какие-либо серьезные труды нашего новодельца - не заказные и конъюнктурные, а мало мальски востребованные обществом книги - мы почему-то не слышали, видимо, по той простой причине, что таких трудов и книг нет в природе. Что касается нашего сборника, то настоящие историки, причем с высокими степенями, дали ему положительные оценки,  и это легко подтвердить документально.

И остается у нашего критика за душой один лишь апломб да подмоченная репутация. В выложенных им в личном блоге текстах, что называется, ляп на ляпе и ляпом погоняет. Ни реальных фактов, ни логики. В предыдущей репилике я привел образчик его "аргументациии" в связи с расстрелом ЧК офицера нижегородского советского полка Антона Тамлеха. И таких несуразностей у Андрюхина множество. Беда у него и с логикой. К примеру, с нескрываемым чванством он пишет, что вступать в полемику со Смирновым не намерен, а сам, горемыка, в последнее время только этим и занимается.

Факты, приводимые мной в книге о политических репрессиях, горе-критик почему-то называет "натянутыми". И тут уже к нему претензии по части лексической грамотности. Что, вообще, такое - "натянутый факт"? Ведь факты либо есть, либо их нет. Как и осетрина не бывает "второй свежести", так и факты.

Раздел нашей книги о большевистском терроре начальной фазы гражданской войны (которую большевики разжигали сознательно и целенаправленно и за которую несут перед историей и народом прямую ответственность) основан на архивных документах и советской периодике, с приведением в справочном аппарате книги соответствующих ссылок (№№ фондов, описей, дел). Вот, к примеру, архивный документ, буквально пропитанный кровью и повествующий о том, что в 1919 году в Сергачском уезде органы ВЧК расстреляли без суда 51 жителя татарской деревни. Или вот газета с сообщением, что на Мочальном острове в отмщенье за покушение на Ленина 1 сентября 1918 г. расстрелян 41 нижегородец ("заложник буржуазии").

Или опять же документ, на этот раз из государственного военного архива, что в Курмышском уезде в порядке мести за выступление группы белогвардейцев и др. противников большевиков осенью 1918 г. расстреляно до 1000 крестьян. На нормальном языке это - преступления. У апологетов ВЧК - обычное деяние во имя неких высших идей. Вот и Андрюхин доказывает, что во имя какой-то партийной правды можно расстреливать сотнями и тысячами ни в чем неповинных заложников. А несогласных с такими людоедскими взглядами яростно клеймит превдо-историками, да еще с "гнилым нутром".

Как можно "натягивать" факты, подобные приведенным мною выше, непонятно. Опровергать по существу события, зафиксированные в архивах и кровоточащие даже спустя почти столетие, Андрюхину, понятное дело, не под силу. Вот и отделывается горе-рецензент общими фразами да ярлыками вроде "атисоветчика" и "псевдо-историка".

А заодно пытается неуклюже оправдываться за собственные провалы в журналисткой работе. Я уже приводил пример с его статьей "Чечня должна умереть". Можно сколько угодно лепетать, что, мол, имелась в виду вовсе не Чечня, а только экстремисты-вакхабиты, но звучит это как-то неубедительно. Слово - не воробей. Напиши автор по-другому, и не было бы у него проблем с прокуратурой.

Теперь Андрюхин тешит себя тем, что, как ему кажется, органы надзора за законностью, предъявляя ему претензии, действовали не в согласии со своими прямыми обязанностями реагировать на проявления экстремизма, не в порядке обычного мониторинга правонарушений, а будто бы нехотя, якобы понуждаемые чьим-то злонамеренным доносом. Станиславский в таких случаях говорил: "Не верю!" Но уверовав в это сам, наш горе-рецензент пытается с больной головы валить на здоровую, ударяясь в какие-то туманные намеки по поводу того, кто был тот доносчик, так низко подставивший его, пламенного патриота и гуманиста. Вот только звучат его оправдания невнятно, а высосанные из пальца намеки - комично и жалко.

К слову, в связи с тем инцидентом 17-летней давности можно было бы и впрямь поразмышлять, как это автору экстремистской статьи в "Деле" удалось выйти сухим из воды? Ведь и за меньшие прегрешения в сфере освещения в СМИ тонкой материи межнациональных отношений, к которым российские власти, как известно, относятся с особым трепетом, многих журналистов отдавали и отдают под суд и строго наказывают. Ну, а если происходит иначе, то, веротяно, на это должны быть какие-то веские причины.

Мне рассказывали, что порою случалось (и, вероятно, случается до сих пор), как тот или иной правонарушитель освобождался от уголовной ответственности в обмен на какое-либо негласное сотрудничество с компетентными органами. И благодар этому не только благополучно избегал "тюрьмы и сумы", но и получал хорошее подспорье в карьерном росте. Не знаю, как в нашем случае, можно, к примеру, сопоставить факты, что в 1999 году у журналиста были пробоемы с прокуратурой из-за экстремисткой статьи, но он не только избежал неприятностей, но и получил вскоре повышение до заместителя главного редактора газеты. Это, конечно же, может быть и простым совпадением. В жизни всякое бывает. У автора этих строк, воспитанного на традициях и опыте почти двадцатилетней работы в ведущей государственной газете области, есть незыблемое правило - использовать в работе, полемике и т.п. исключительно достоверные факты и подлинные документы. А потому я оставлял и оставляю занятия конспирологическими теориями особо ретивым журналистам бульварных изданий.

Вместе с тем, приведенный пример "С Чечней, которая должна умереть" наглядно показывает, каким безответственным и беспардонным может быть журналист, страдающий манией величия и отсутствием элементарного самоконтроля, если не сказать, адекватности в суждениях и оценках. Эти свойства со всей очевидностью проявились в вышедших недавно в интернете неприличных откликах на книгу "Политические репрессии в Нижегородской области". Меня эти пасквили, не смотря на обильно содержащуюся в них грязь, не уливили. Вообще, неприличные отклики мало кому интересны, как говорится, собака лает, а караван идет. Наша книга получила много положительных отзывов, заняла свое место на полках общественных и личных библиотек из разных городов России. Их благодарность - лучшая награда для тех, кто над книгой работал и вложил в нее частичку своей души.

Всем всего наилучшего. Станислав Смирнов.

Tags: Вадим Андрюхин, Вранье Андрюхина, Заказная статья, Клевета, Книга "Политические репрессии в Нижегоро, Кто вы, Новое дело, Станислав Смирнов, журналист Андрюхин?
Subscribe

  • Post a new comment

    Error

    default userpic

    Your IP address will be recorded 

    When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
    You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.
  • 5 comments